стихи

Роберт Хилльер Стихотворения разных лет-1. Поминальный плач и др.

Роберт Хилльер Стихотворения разных лет-1. Поминальный плач и др.

Роберт Силлимэн Хилльер Поминальный плач
(Перевод с английского)

Я плачу о былом очарованье
мальчишеской любви - моей мечты,
и в памяти в трагическом молчанье
мерцают волновавшие черты.

Но в Новой Англии задули Норды,
осенний холод - горше летних гроз.
Теперь мои скрипичные аккорды
ни в ком не вызывают нежных грёз.

Пленившись там мелодиями скрипки,
в саду, в заветном месте, может быть,
одна душа пройдёт, как по ошибке,
чтоб после всё скорей забыть.


Robert Hillyer THRENODY

I made a slow lament for you, lost magic
Of schoolboy love and dreams in shadowed places,
Where passed in visible parade, the tragic
Desires of vanished gods and women's faces.

On violins beneath long, undisputed
New England orchards sombred by the spirit
Of endless autumn, I awoke the muted
Strings of your lament, but none could hear it,

Except, perhaps, one passerby, who skirted
The upland fields in that avoided spot;
And, marveling at the music in deserted
Orchards, hurried on, and soon forgot.

"The Bookman",1922. Robert Silliman Hillyer


Роберт Силлимэн Хилльер Элегия
О мёртвой русалке, прибитой к берегу у Плимутской скалы.
(Перевод с английского).

Загадочная дочь седого Океана !
Ты спишь смертельным сном под тенью валуна.
Но луч зари, дрожа, кладёт свои румяна
на руки и лицо - их бледность не видна.
Чешуйки на хвосте, подобные червонцам,
блестят, как паруса на Адриатике, под солнцем.

Как ты могла уйти из лона Океана ?
Да, верно, он жесток, но как пригож собой!
Экватор веселей, чем северные страны.
С чего же ты сюда заброшена судьбой ?
Не ты ль была властна над страстной круговертью,
когда твой взгляд толкал пленённых им нырять за смертью ?

Не вышло ль дело так, что всем волшебным зовам
какой-нибудь моряк поддаться не желал -
спокойный паренёк с характером суровым,
мужавший здесь - среди новоанглийских скал.
Таким тебя обрёк немыслимым заботам,
что поплыла на смерть к холодным северным широтам.

Ты спишь смертельным сном, и чары все пропали.
но смерть дарит душой всех тех, в ком билась страсть,
и Океан зовёт тебя от нас подале,
чтоб злые остряки не разевали пасть;
а Разум норовит не заострять внимания
и бреднями считать все наши странные мечтания.

Robert Hillyer ELEGY

On a Dead Mermaid
Washed Ashore at Plymouth Rock

Pallidly sleeping, the Ocean's mysterious daughter
Lies in the lee of the boulder that shattered her charms;
Dawn rushes over the level horizon of water
And touches to flickering crimson her face and her arms,
While every scale in that marvelous tail
Quivers with colour like sun on a Mediterranean sail.

Could you not keep to the ocean that lulls the Equator,
Soulless, immortal, and fatally fair to the gaze,
Or were you called to the North by an ecstasy greater
Than any you knew in those ancient and terrible days
When all your delight was to flash on the sight
Of the wondering sailor and lure him to death in the watery night?

Was there, perhaps, on the deck of some faraway vessel
A lad from New England whose fancy you failed to ensnare?
Who, born of this virtuous rock, and accustomed to wrestle
With heauty in all of its forms, became your despair,
And awoke in your breast a mortal unrest
That dragged you away from the South to your death in the cold Northwest?

Pallidly sleeping, your body is shorn of its magic,
But Death gives a soul to whatever is lovely and dies.
Now the Ocean reclaims you again, lest a marvel so tragic
Remain to be mocked by our earthly and virtuous eyes,
And reason redeems already what seems
Only a fable like all of our strange and beautiful dreams.

"The New Republic", 1922. Robert Silliman Hillyer


Роберт Силлимэн Хилльер О несравненном Джеффри Чосере*
(Перевод с английского).

То был поэт и славный человек.
Он с юных лет и весь свой трудный век
во всём, о чём теперь мы здраво судим,
был честно предан Господу и людям
и щедро рассыпал здоровый смех.
(Бог любит радость, Дьявол - всякий грех).
Он не чурался выпить за обедом,
не брезгуя при том любым соседом.
Был набожен. Молился в должный срок,
но не чрезмерно. Время он берёг.
Не ездил как беспечный ротозей:
описывал и встречных, и друзей.
Годами странствовал, порой в лишеньях,
и мог порассказать о приключеньях.
Учился у Петрарки и Боккачо
писать умно и весело впридачу.
Но слушал и простого мужика,
которого мог счесть за остряка.
Писатель и товарищ, верный в дружбе,
он никогда не забывал о службе
троим подряд английским королям -
был важным порученцем по делам,
а, съездив к итальянцам и французам,
вернулся в Англию с ценнейшим грузом.
Он в творчестве был подлинно велик,
впервые применив родной язык.
Он был забавник, благородный в чувствах,
знаток в напитках и в любых искусствах.
Он весь свой век вобрал в большой портрет.
Он был очаровательный поэт,
великолепный мастер - что ни слово.
Пришли, Господь, сейчас опять такого !


Robert Hillyer FOR MAISTER GEOFFREY CHAUCER

A bard there was, and that a worthy wight,
Who from the time that he began to write
Served God and beauty with an humble mind,
And most of all, he knew and loved mankind.
Laughing he was, and quick at many a jest;
The Lord loves mirth the devil take the rest!
A simple grace ere wine was poured at dinner,
A ready hand outstretched to saint and sinner,
A prayer at times, not lengthy but devout,
This was our poet's faith without a doubt*
Travel he loved, and wonders had to tell
Of royal France and Italy as well,
And everywhere he went, his furtive pen
Took down the secrets of his fellow-men,
Their faces and their stories, high and low,
From lordly Petrarch and Boccaccio
Unto the meanest villein who could hold
Some tavern audience with the tales he told.
Yet with his scrivening, he never swerved
From duty to the three kings, whom he served,
And though he roamed both France and Italy,
England was where he ever longed to be,
And thither he returned with magic spoils
That England might have pleasure of his toils,
And hear his brave chivalric stories sung
By English pilgrims in the English tongue.
Noble his spirit was, and gay his heart;
A judge of wine, a master of his art,
He loved all men, nor was ashamed to show it:
He was a very parfit, gentil poet,
Gentil in life, and parfit in his rhyme,
God send us such another in our time!

"The Outlook", 1922. Robert Silliman Hillyer

Пимечание.
*Джеффри Чосер (1340 - 1400) - основоположник английской художественной литературы на родном языке.


Роберт Силлимэн Хилльер Ясли
(Перевод с английского)

Тьма отступает. Мир - светлей,
В нём сразу стало веселей.
Сквозь ветви светится Звезда,
И мчат Архангелы сюда.
Им рады Небо и Земля.
Внизу - три мудрых Короля.
Ведь там, где приключилось это,
лежит Ребёнок - Чадо Света !
Святая Дева ждёт без слов
прихода сельских пастухов.
Быки и овцы, вместо клира,
глядят на отдых Князя Мира,
на свет небесного лица -
и воспаряют все сердца !
Аминь.

Robert Hillyer Creche

Light grow longer, dark grow less,
Heart be strong in great gladness.
Shineth Tree and pierceth Star
Where the three archangels are;
You shall know them by their wings,
And, below them, three wise kings,
And afar, where endeth night,
The incarnate Child of Light.
Maiden holy, she attendeth;
Shepherd lowly, he befriendeth;
Oxen, sheep upon their knee
Guard the sleeping Prince of Peace.
Where the Gift is given again
We uplift our hearts. Amen.


Роберт Силлимэн Хилльер Мысли о времени.
(Перевод с английского).

Elinor Wylie полюбила Шелли,
a Amy Lowell полюбила Китса.
Как часто Байрон был у милой цели,
он сам в своих подсчётах мог бы сбиться.
Поэты ! Быстро мрите, не успев
попасть в ловушки самых юных дев !

Но Блейку не достались те щедроты.
Никто, пожалуй, не любил Шекспира.
Им не хватало качеств Ланселота,
и раньше срока не ломалась лира.
И мне - увы ! - давно за пятьдесят.
Такого полюбить не захотят.

(И всё же не спешу ложиться в гроб -
есть прецедент: Edith Sitwell и Поп).

Robert Hillyer A Thought In Time

Elinor Wylie fell in love with Shelly,
Amy Lowell fell in love with Keats,
Byron posthumously does so well he
Can hardly count his valentine receipts.
Die early, poets, if you would adorn
The boudoirs of young ladies yet unborn.

Nobody ever fell in love with Shakespeare,
Nobody ever fell in love with Blake.
A poet must be Lancelot of the Lake"s peer
Yet perish young and fair for Beauty's sake.
I'm far too old myself, at fifty-three;
No one will ever fall in love with me.

(But hold! a saving thought, a ray of hope!
Edith Sitwell fell in love with Pope.)


Роберт Силлимэн Хилльер Мисс Хелен Ланг
(Пнревод с английского).

Кто не забыл мисс Ланг до этих пор ?
В её игре был яростный напор.
Тогда была из каждого окна
бетховенская музыка слышна.

Во всём посёлке люди и листва
в жару дышали лишь едва-едва,
хоть поливай водою через шланг, -
за исключением одной мисс Ланг.

"С такою музыкой ей в Ад пора" -
сказала мать. "Отличная игра ! -
вскричала тётя Элла с похвалой,
а тётя Марион была презлой.

Мать с тётками давно в могилах спят.
Теперь лишь только сёстры, я да брат
всё помним, бегу лет наперекор,
мисс Ланг, её упорство и задор.


Robert Hillyer Miss Helen Lang

Who now remembers Miss Helen Lang,
The music teacher who loved to bang
Beethoven loud on the listening air
When windows were open everywhere?

In the hot suburban afternoon
Both leaves and people hung in a swoon,
Limp on the tree and limp in the swing,
Except for Miss Helen Lang, poor thing.

"Her piano keys are the keys to Hell !"
My mother said. "She plays very well,"
Answered Aunt Ella to be perverse;
Aunt Marion’s "Lawsy !" was like a curse.

My aunts are dead and so is my mother;
I suppose that I and my sisters and brother
Alone remember Miss Helen Lang
Who loved Beethoven played with a bang.

"The American Mercury", July 1947

Роберт Силлимэн Хилльер Находчивость.
(Перевод с английского)

Как тот, кто был задет, зайдя к соседу
и не найдя ответного словца,
всю ночь его проищет без конца
(да поздно: ложка дорога к обеду),

так мы всю жизнь бежим назад по следу
в раздумьях, как не потерять лица.
И попусту колотятся сердца,
когда уже не повторишь беседу.

Судьба нас жалит. Мы, в ответ, - молчок.
Не то ответим, только слишком поздно,
а слабенький ответ - увы ! - не впрок.
Когда подколет Смерть - так выйдет грозно.
У той Шутницы - острый коготок.
Она вечна, а нам отмерен срок.

Robert Hillyer Repartee
I
As one who bears beneath his neighbor’s roof
Some thrust that staggers his unready wit,
And brooding through the night on such reproof
Too late conceives the apt reply to it;
So all our life is but an afterthought,
A puzzle solved long past the time of need,
And tardy wisdom that one failure bought
Finds no occasion to be used in deed.
Fate harries us; we answer not a word,
Or answering too late, we waste our breath;
Not even a belated quip is heard
From those who bore the final taunt of death;
And thus the Jester parries all retort:
His jest eternal, and our lives so short.


Роберт Силлимэн Хилльер Тривиальность.
(Перевод с английского)

Потёртый диск с монетного двора
старинной мудрости и вечных истин
не блещет, как подделки серебра
и не поманит тех, кто сверхкорыстен.

Он потускнел, и даты не найдёшь,
в царапинах от частых проб зубами,
но упадёт - и в нём звенит не ложь,
а отчеканенное мудрецами.

Блестящая подделка не вечна,
а серебру не угрожает бренность.
Пусть дед, пусть внук, в любых руках сполна
оно навеки сохраняет ценность.
Фальшивки - для хапуг и для транжир,
лишь только мудрость завоюет мир.


Robert Hillyer Platitude

D U L L platitude, worn coin from wisdom's mint.
You purchase still your phrase's worth of truth,
While clever counterfeits for all their glint
Buy but the penny sophistries of youth.
Lacklustre, thin, the date illegible,
Scarred by the teeth of every skeptic age,
Your metal still rings true as when it fell
New-molded from the furnace of a sage.
The novelty of noon is out of date
By night; the timeless gold, however worn,
In undiminished worth will circulate
From hands long dust to others yet unborn.
Let counterfeiters buy the world! The wise
Save thriftily for larger merchandise.


Роберт Силлимэн Хилльер Природный философ
(Перевод с английского).

Природный философ глядит сквозь призму
на щебень звеневших в веках идей,
что вложены в мерзкие механизмы,
и нет в нём надежды на мудрость людей.

Он спустится в погреб, где много штофов
и, вспомнив Ли Бо, процитирует стих:
"Как много пьянчуг - и любой философ !
Так чем же я, право, хуже других ?"

Он выпьет и снова нальёт до края,
и музыка в нём заиграет сама.
В великие истины вновь вникая,
он спьяну и вовсе сойдёт с ума.
Тогда и появится сверх-идея -
Космическая Панацея !



Robert Hillyer The Wild Philosopher

The wild philosopher surveyed the scenes
Were rubble of humanity's best thought
Lay in the after-fumes of gaunt machines,
Decided the whole case was hopeless, sought
Comfort in his wine cellar, that cool cave,
And taking sundry bottles from the shelf,
Quoted Li Po: "Seeing all men behave
Like drunkards, why stay sober by myself ?"
As he refilled his glass from time to time
Snatches of music, memories of youth
Came back to him, and suddenly sublime
With purpose as a man half crazed by truth,
He sprang up brandishing a new idea -
Nay, more than that, the Cosmic Panacea !


Роберт Силлимэн Хилльер Больше...
(Перевод с английского).

Всё больше удовольствий и богатства
нам щедро сыплет мир сквозь решето,
и всё, что только может красоваться,
немеренным потоком разлито.

Мы страстно ловим явное не то,
боясь до главных залежей добраться,
что прячутся в расплавах и в прохладце
под мощной толщей жизненных плато.

Для нас найдётся славная платформа.
Мы можем сесть и посмотреть окрест,
как чередуются покой и штормы,
и зрелише вовек не надоест.
Смотри на красоту вокруг подольше -
и жизнь, расщедрившись, покажет больше.

Robert Hillyer More

Always more riches, more enjoyment, more
Of everything the world can briefly give,
Though trough your avid hands as through a sieve
Beauties unnumbered and unnoticed pour.
You chase the wind, but you are fugitive
From the great quiet at the whirlwind's core,
And spendthrift of life's measurable store
You have not purchased the mere right to live.
There is vacant seat beside me here
Where you may rest and watch the season change;
Form, color, tone, mysterious or clear,
In swift variety though never strange,
Where if one beauty wholly be revealed
Life will have yielded all she has to yield.


Роберт Силлимэн Хилльер На многих тропах.
(Перевод с английского).

Нас все пути ведут к единой цели.
Она и в несогласиях видна.
И сколько б разных душ мы ни имели,
а суть у каждой и у всех одна.

В сраженьях воин чует в подсознанье:
триумф - не гордость, мщение - невпрок -
узнав себе подобное созданье
в любом враге, поверженном у ног.

Мы - острова, разбросанные в море,
но каждый с каждым близок как двойник.
Мы все собратья даже в лютом споре.
Нас породил единый материк.
Тишь Гималаев ! Там любое место
гордится дальним блеском Эвереста.


Robert Hillyer By many Path

By many path we reach the single goal,
And all our quarrels deal but with its name;
There is no soul so different from my soul
As in its essence to be not the same.
No warrior but in his heart must know
How triumph is not proud nor vengence sweet,
For he beholds, who slays the kindred foe,
Himself, self-murdered, lying at his feet.
It has been written that we are the islands
Which, ocean-sundred into seeming twain,
Are truly of one continent, the highlands
Wrought of one rock and rooted in one plain.
Bright Himalayan peace ! the humblest crest
One with the splendor of Mount Everest.





Объявление
сборник стихов, текстов песен популярных российских, украинских и зарубежных исполнителей
Яндекс цитирования