стихи

7-й венок короны - "Новейшая история"

7-й венок короны - "Новейшая история"

НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ

7 венок короны сонетов из книги "Гирлянда"

Ne quid falsi audeat, ne quid veri
non audeat historia (лат.)
Да убоится история какой бы то ни было
лжи, да не убоится она любой правды
(Цицерон)


1

Превращаясь в заклятья и зовы,
половодье взволнованных фраз
выливается в веский приказ
резонансному сердцу другого.

Отопрутся тугие засовы,
приоткроется запертый паз,
и закапают слёзы из глаз,
и соседи на помощь готовы.

Хуже, если душа загрубела
и зациклилась чуть не всецело —
не проделать ни лаз, ни проран —

на запросах бюджета и тела
и засох сострадательный кран
после войн и гулаговских ран.


2

После войн и гулаговских ран
не осталось наивных иллюзий.
Плачь — не плачь, но в Советском Союзе
не сбылись ни надежды, ни план.

Токарь, врач и любой из крестьян,
поучась в историческом вузе,
ощутили на собственном пузе,
что за милый их ждал Ханаан.

Дорогою ценой героизма
кое в чём преуспела отчизна:
сокрушила нацистский таран,

и космический взлёт её признан.
След эпохи — не только обман -
и стихи, и роман, и экран.


3

И стихи, и роман, и экран —
потрясающей живости ленты,
окровавленные документы —
вознесённый до неба Монблан.

Треволнения странствий и стран
и депеши на все континенты,
и страдания — не сантименты —
переполнят любой океан.

Это подвиг советских солдат,
отступления, штурмы, санбат,
похоронки измученным вдовам

и отменный российский булат.
А герои служенья святого
щеголяют обувкой кирзовой.


4

Щеголяют обувкой кирзовой,
задыхаются дымом махры
те поэты, чьи встречи-пиры
по военным стихам Куренёва

украшались шрапнелью перловой.
Он не мало сказал про костры
той не самой уютной поры.
Кто ж припомнит тот голос бедовый?

Много сгинувших в чёрном дыму.
Кто-то вышел сквозь плен и тюрьму,
похлебал и нанюхался вдоволь,

видел Крым, Сталинград, Колыму…
Их свидетельства снова и снова
потрясают трагизмом былого.


5

Потрясают трагизмом былого
экспонаты музейных витрин,
динамизм панорамных картин,
суета театральных массовок.

А сильнее, чем краски и слово,
поредевшие щётки седин
и глубокая вспашка морщин,
натуральные, без подмалёвок.

Если впрямь доведётся послушать
не поток развлекательной чуши,
а живой боевой барабан,

так оглохнут, не выдержат уши
заскочивших в такой балаган
затаивших дыханье мещан.


6

Затаивших дыханье мещан
прежде танцами нимф завлекали,
уводили в туманные дали.
На свирели наигрывал Пан,

и мерцающий Альдебаран
свысока наблюдал пасторали.
В светлой радости, в тихой печали
был графически чистый чекан.

Да и всякое прочее было.
А сегодня иные светила
пронизают парнасский туман.

Дикий культ необузданной силы
и эротика в сгустках румян
сумасшедшей погоде в пандан.


7

Сумасшедшей погоде в пандан
расшалились капризные дети.
В воспитательском авторитете
зазиял очевидный изъян.

Алкогольный и наркодурман,
террористский сыр-бор на планете.
И со сменою тысячелетий
вряд ли будет другой пармезан.

В обещаньях политиков сплошь
плутовские приёмы и ложь.
Блеф в программах — уток и основа.

Вместо споров - бандитский правёж.
Многократно и вдрызг измордован,
зачастую весь мир разволнован.


8

Зачастую весь мир разволнован
поворотом реальных чудес.
Проверяйте, какой интерес
нам базарным сурком презентован:

на билете в пакетике плёвом
обещанья - вояж, "Мерседес",
и победный триумф до небес
стаи "наших" над сонмом чужого.

Затруднения мутных времён
беспокоят и бденье и сон,
бьют по темени разной монетой.

Надоедливый шумный тромбон,
треск и гул в неисправных кассетах,
если нет ординарных ответов.


9

Если нет ординарных ответов
на обилие жгучих проблем,
кто мы, где мы, куда мы и с кам,
остаётся искать по приметам.

Налицо тривиальность сюжета:
без идеи, без почвы, без тем,
и речист, а окажешься нем,
и приватная песенка спета.

Та компания — скопище ос,
в той хоть жабу целуют взасос.
Кто со Спасом, кто с царским портретом.

Окружает идейный психоз.
В поддержание иммунитета
защищаемся жаром сонетов.


10

Защищаемся жаром сонетов
от бессмысленной пошлой тщеты,
от опасной пустой суеты.
Тешим дух самодельным тромпетом.

Вот такая затейная смета:
досаждают и гадят скоты,
мы в отместку сплетаем цветы,
а козлы поедают букеты.

Стихотворство — защитное средство
не от козней дурного соседства,
не управа на чей-либо нрав —

способ выбраться, взмыть, оглядеться,
свой же собственный пыл отстояв
от циничных духовных потрав.


11

От циничных духовных потрав,
от хвастливой бессовестной фразы
избавляет, согласно заказу,
лишь надёжный лечебный состав.

По скончании века расправ
фонтанируют лужи экстаза,
а порядок настанет не сразу,
как не в миг застывает расплав.

С запоздалыми клочьями туч
расправляется солнечный луч,
согревает детей и поэтов.

Пусть он льётся, широк и могуч,
да не только с весенним рассветом —
круглый год, и зимою, и летом.


12

Круглый год, и зимою, и летом
к должным датам, как давний набат,
воздаянием павшим звучат
поминания, гимны, обеты,

монологи, сюиты, квартеты,
непременный осмысленный вклад
в неуюмную радость эстрад,
конкуренция пьяным банкетам.

А потомки вчера враждовавших,
застеливших могилами пашни,
побратались у мирных застав,

завязали любовные шашни
и ликуют у всех переправ,
оглушая Эльбрус и Триглав.


13

Оглушая Эльбрус и Триглав,
собралось европейское вече.
Произносят непраздные речи
и Ратмир, и Рогдай, и Фарлаф.

А негромок, признаемся вняв,
русский голос в решениях встречи.
Энглизирован и онемечен
разговор задруживших держав.

Подсчитай дивиденды в конвертах:
главный куш не солдатам, не жертвам.
Торжествует всё тот же конклав:

Круппы, Юнкерсы, Мессеры, Шверты…
Но о том ли стучит телеграф,
льются токи терцин и октав?


14

Льются токи терцин и октав,
отвлекают от мыслей о грустном,
россыпь красок и блёсток на тусклом,
маргаритки на фоне мурав.

Что бы молвили, губы разжав,
знатоки, мудрецы, златоусты
о путях регуляции чувства?
Где там Сеченов, Фрейд и Барнав?

Посетивши учёный архив,
трансформирую речитатив.
Избираю лихой и бедовый,

энергичный и смелый мотив.
Пусть разгонит смешки и позёвы,
превращаясь в заклятья и зовы.


15

Превращаясь в заклятья и зовы,
после войн и гулаговских ран
и стихи, и роман, и экран
щеголяют обувкой кирзовой,

потрясают трагизмом былого
затаивших дыханье мещан.
Сумасшедшей погоде в пандан
неслучайно весь мир разволнован.

Если нет ординарных ответов,
защищаемся жаром сонетов
от циничных духовных потрав.

Круглый год, и зимою, и летом,
оглушая Эльбрус и Триглав,
льются токи терцин и октав.

1999-2000 гг.


Объявление
сборник стихов, текстов песен популярных российских, украинских и зарубежных исполнителей
Яндекс цитирования